© Михаил Батурин, 2017
ISBN 978-5-4490-1427-6
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Особенно больно почему-то, когда комар жалит в ладошку, ну или в костяшку пальца. Чешется и зудит гораздо сильнее. Сегодня это отвлекало Колю от главного. Они провожали папу. Папа у-хо-дил!
Они стояли в коридоре уже у дверей: мама, папа и Коля. Маришка спала в детской: как не крепилась, но папа ввёл жесткий режим, и она уснула по привычке. Да, и что с неё с малявки возьмёшь. А вот Коля был рядом: смотрел, как папа укладывает в вещмешок свёртки и пакеты. Мама, скрестив руки на груди, казалась явно не довольной происходящим:
– И всё-таки. Обязательно ехать тебе?
– Ты же знаешь, Катя, если не остановить их там, завтра они будут здесь!
– Володя, а что кроме тебя некому?
– Ты знала, за кого выходила замуж, – отрезал папа, затягивая вещмешок.
Форма на нём была уже не новая, поношенная, повыцветшая на солнце, но аккуратно отутюженная, а вот портупея скрипела и пахла кожей. Полевая сумка тоже была новой. Папа не дал посмотреть, что в ней, но Коля видел, как отец спрятал туда их общую фотографию: ту самую, где они вчетвером сфоткались, когда ездили отдыхать на море. А ещё у отца были идеально вычищены сапоги, и ваксы папа не пожалел, и отшлифовал бархатной тряпочкой так, что лучик солнца попадавший в коридор через балконную дверь, отражался от сапога, а народившийся солнечный зайчик скакал по стенам.
«Кукушка» на кухне оповестила о трёх часах.
– Колюшонок, пойди, разбуди сестрёнку, пусть с папой попро… до свиданье скажет. Не хорошо так, перед отъездом не увидеться.
– Давай сама, мне с сыном поговорить надо.