Читать онлайн
Варшавское восстание 1944 г. Движение Сопротивления в Польше 1939-1945 гг. Направления. Программы. Практика. Результаты. Часть 1
Движение Сопротивления в Польше 1939-1945 гг. Направления. Программы. Практика. Результаты. Часть 1
Валентина Парсаданова
© Валентина Парсаданова, 2018
ISBN 978-5-4490-7106-4
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Введение
Победа Антигитлеровской коалиции во Второй мировой войне осталась в памяти народов как торжество идей свободы и справедливости. В борьбе со смертельной опасностью фашизма объединились страны с различным общественным строем, разные социальные и политические силы. Делившие их различия отошли на задний план перед общечеловеческой задачей спасения мира от фашизма, расизма, геноцида и человеконенавистничества, попыток фашизма поработить всю Европу и мир.
Неотъемлемой частью международного фронта борьбы против фашизма и его германской разновидности – нацизма – кроме действий регулярных войск, было сопротивление гражданского населения захватчикам. Движение Сопротивления стало частью Второй мировой войны, внесшей свой вклад в победу над нацизмом, его сателлитами и сторонниками.
В соответствии с международно принятым определением, движение Сопротивления – это совокупность конспиративных действий: партизанских, повстанческих, иных форм стихийного и организованного противоборства оккупантам, борьба за национальное освобождение, восстановление государственного суверенитета. В понятие движения Сопротивления входила борьба за послевоенные политические и социально-экономические преобразования, за демократизацию общества, выходившего из войны. Без движения Сопротивления, без его социальных аспектов не понять перемен, произошедших в Польше и определивших полвека ее развития.
Польша была первой жертвой Второй мировой войны, народ которой прервал серию «мирных» захватов нацистской Германии. Польский народ, включая действия регулярных частей, боролся против фашистских захватчиков с 1 сентября 1939 г. до дня капитуляции Германии – 9 мая 1945 г. Стремление германских фашистов уничтожить польский и другие славянские народы, ликвидировать любую государственность и культуру, кроме германской, на территории до Урала, отсутствие потребности в коллаборантах на территории Польши – будущем плацдарме наступления на Советский Союз – обусловили то, что в Польше не возникло коллаборации как политического явления. Все классы, политические партии и почти все политические силы заняли антигитлеровские позиции. В ходе борьбы против оккупантов сформировались два основных политических направления: лагерь, руководимый правительством в эмиграции, и лагерь Польской рабочей партии.
Несмотря на то что движение Сопротивления и его наивысший подъем – Варшавское восстание 1944 г. – уже обросло мифами, стало частью семейных преданий, политические пристрастия к его направлениям – и по сей день неотъемлемая часть общественного сознания польского народа, активно влияющая на политическую и идеологическую борьбу в стране.
В годы Второй мировой войны Советский Союз и Польша впервые оказались в одном воюющем лагере. Взаимные их отношения, однако, были сложными и противоречивыми. Движение Сопротивления в Польше теснее, чем в других странах, было связано с положением на советско-германском фронте. События на этом фронте непосредственно влияли на его ход, подъемы и падения, успехи и потери. Сопротивление советских людей немецко-фашистским оккупантам в пограничных областях непосредственно взаимодействовало, конфликтовало, сливалось и объединялось с польским подпольным и партизанским движением. Характерной чертой польского движения Сопротивления было активное участие в нем советских людей.
Основное внимание в работе будет уделено процессу формирования и развития двух противостоявших направлений в движении Сопротивления, деятельности политических партий, их воззрениям на пути, методы и цели борьбы против оккупантов, на формы их участия в движении Сопротивления. Особый упор будет сделан на события 1944 года, когда решались судьбы страны. Воздействие Советского Союза и его армии на ход и исход борьбы польского народа вызывают необходимость рассмотрения и этого аспекта советско-польских отношений. Но в целом вопросы международные —не предмет исследования. Они даются для понимания событий, происходивших в Польше или вокруг Польши.
Работа основана на польской подпольной печати, публикациях документов и материалов, на документах ряда российских, белорусских, украинских и польских архивов, мемуарах участников событий, на историографии проблемы. Названия архивов, фондов и их нумерация даются на момент просмотра их автором, без возможных ныне изменений в связи с происходившей реорганизацией архивов в Российской Федерации и сопредельных странах. В книге рассмотрены организации, созданные поляками на территории, с которой Польша вступила во Вторую мировую войну. В стране в разное время и в разных регионах действовали украинские, немецкие, литовские и белорусские группировки. За исключением украинских, они не имели особого влияния на положение в стране.
Глава первая.
Зарождение польского движения Сопротивления
(Сентябрь 1939 г. – декабрь 1941 г.)
1.1. Сентябрьская катастрофа 1939 г. Потеря национальной независимости и ее последствия
1939 г. начался и шел под знаком дальнейшего нагнетания международной напряженности и втягивания мира в новую войну. После расчленения и захвата Гитлером Чехословакии (март 1939 г.), в котором участвовала и Польша, получившая Тешинскую Силезию, она оказалась с трех сторон окруженной территорией Германии или ее сателлитов. Становилось ясно, что Польша —очередная жертва агрессии. И действительно, план нападения на нее Гитлер подписал 3 апреля 1939 г. На границах Польши начали концентрироваться германские войска. Для Гитлера вопрос стоял в создании благоприятных условий для ведения против нее войны.
Летом 1939 г. в Европе велись «тайные» переговоры: англо-франко-советские (военные), англо-германские (политические), советско-германские (начавшиеся как экономические). От их исхода зависела судьба мира— возможность или невозможность предотвращения большой войны, к которой стремился Гитлер для установления «нового порядка». Каждая сторона надеялась решить свои тактические задачи. Германия – изолировать Польшу, не допустить создания тройственного англо-франко-советского союза, что могло перечеркнуть дальнейшие планы нацистов, не допустить выступления СССР в защиту Польши и создания для Рейха ситуации войны на два фронта1. Генеральной линией британской политики в отношении Германии, по словам премьер-министра страны Н. Чемберлена, была не защита отдельных стран, которые могли оказаться под германской угрозой, а стремление предотвратить установление над континентом германского господства, в результате чего Германия стала бы настолько мощной, что могла угрожать британской безопасности. Англия и Франция намеревались, направив германскую агрессию на восток, предотвратить нападение на собственные рубежи. Вместе с тем они были не прочь поучаствовать в походе на СССР хотя бы за кавказской нефтью, организовать новый «Мюнхен» ценой Польши. СССР стремился избежать вовлечения в войну, отстаивать собственные национально-государственные интересы, не допустить нового «Мюнхена» и активно участвовать в обсуждении возможностей отпора агрессии. Советская сторона, заинтересованная в сохранении польского государства (иначе фашистский рейх вплотную подойдет к советским границам) и укреплении его способности сопротивляться германскому давлению, четырежды за весну-лето 1939 г. предлагала Варшаве помощь в отражении грядущей агрессии. Но неизменно встречала отказ. Сталин, однако, продолжал держать открытыми «обе двери» (договоренности с западными державами и с Германией). Фактически это была тактика всех переговорщиков.
Попытка создания Антигитлеровской коалиции – совместного выступления Великобритании, Франции, СССР и Польши против гитлеровской Германии – сорвалась. Переговоры военных миссий в Москве зашли в тупик. Причин много. Для нашего изложения важна одна из них: правительство Польши отказывалось от сотрудничества с Советами и не соглашалось пропустить Красную армию через территорию Польши по двум «коридорам» к границам Германии для организации отпора агрессорам. Польское руководство считало, что единственной целью СССР является стремление добиться того, чего он не достиг в ходе войны 1919 – 1921 гг.: установить в Польше советскую власть. Целью же польской политики, по директиве генштаба 2304/2/37 от 31 августа 1937 г., было «уничтожение всякой России». Для этого осуществлялись поддержка сепаратизма на Кавказе, Украине, Средней Азии и дестабилизация в глубоком тылу Красной армии во время войны2. Объективная необходимость объединения сил для борьбы с фашизмом с целью отражения его агрессии еще не была осознана и не осуществлена будущими союзниками.
Для Москвы оказалось, что в Европе СССР не имеет союзников (Франция не выполнила обязательств по союзному договору во время Чехословацкого кризиса). На востоке, в степях Монголии, уже четыре месяца шла война с Японией. Возникала угроза военных действий на восточных и западных границах страны. В этих условиях, вероятно в середине августа (11 августа?), был сделан выбор в пользу Германии, неоднократно предлагавшей урегулирование отношений.
На 26 августа Гитлер назначил начало войны против Польши. На 22 августа наметил визит Риббентропа в Москву, на 23-е —Геринга в Лондон: в ночь на 22 августа британский премьер-министр Н. Чемберлен предложил Гитлеру соглашение за счет Польши. Фюрер ответил согласием. В Москве об этом стало известно через несколько часов. 22 августа ТАСС опубликовал сообщение о приезде Риббентропа – министра иностранных дел Германии – «для соответствующих переговоров». Получив директиву Гитлера обещать Сталину все что угодно, соглашаться на любые требования, Риббентроп прилетел в Москву. 23 августа были подписаны советско-германский пакт о ненападении и секретный протокол к нему о разделе сфер влияния в Европе. В силу пакт вступал немедленно3. Визит Геринга в Лондон Гитлер отменил.
Сталин в первый раз за 1939 – 1945гг. —но не в последний – изменил свою позицию по польскому вопросу. В 1940 г. он ставил уже другой акцент. 1 июля он сказал английскому послу С. Криппсу, характеризуя пакт: «Если господин премьер (У. Черчилль с 06.06.1940) хочет знать о наших отношениях с Германией, то мы можем сообщить, что у нас нет блока с Германией на предмет войны против Англии. У нас есть только пакт о ненападении». В феврале 1943г. Сталин будет говорить польскому послу Т. Ромеру, что «базой советского договора с Германией был вопрос о ненападении, а не вопрос о границах». Что не мешало Сталину несколько раз менять первоначальную линию раздела сфер влияния. Шла дипломатическая борьба Берлина и Москвы за принадлежность украинских нефтяных районов, подходов к Прибалтике как плацдармов для наступления на Ленинград (Санкт-Петербург)4, за принадлежность Львова и Вильно (Вильнюса). Правда, меняя Холмщину на Литву («кусочек Литвы»), СССР пришлось заплатить за него золотом (31,5 млн марок или 7,5 млн тогдашних золотых долларов). Гитлер шел навстречу почти всем «перестановкам». Соглашался с приближением границы к «линии Керзона» (линия раздела, предложенная странами Антанты в 1919 г. в качестве границы между советскими республиками и Польшей). Гитлеру необходима была немедленная свобода рук для начала агрессии против Польши. А «они (т.е.СССР) все равно у меня в кармане» – воскликнул он, узнав, что пакт подписан. Однако клочок плацдарма у литовской границы для наступления на Ленинград из зубов не выпустил. Тем не менее в ноябре 1940 г., когда взаимные отношения уже окончательно разладились, Гитлер в Берлине высказал Молотову крайнее недовольство этими изменениями.
Великобритания и ее союзники «простили» СССР. У. Черчилль в речи по радио 1 октября заявил, что Россия проводила политику собственных интересов, было бы лучше, если бы она проводила еекак друг и союзник. «Но российские армии должны были встать на этой линии, это было ясно и неизбежно с точки зрения на опасность, грозившую России со стороны нацистской Германии. Во всяком случае, линия там есть и создан восточный фронт…«Премьер-министр Великобритании Чемберлен, отвечая на вопрос об отношении правительства к речи Черчилля, сказал 23 октября, что тот «выразил собственную интерпретацию событий, но в его интерпретации не было ничего, что бы отличалось от взглядов правительства Его Королевского Величества». В Тегеране в 1943г. Черчилль скажет: «Я также очень хорошо понимал положение России в начале войны, и принимая во внимание нашу слабость в начале войны, мюнхенскую политику и тот факт, что Франция изменила данным ею гарантиям Чехословакии, я понимаю, что советское правительство не могло в этих условиях рисковать своей жизнью» /4/. В сложной и запутанной политической обстановке лета 1939 г. руководства будущих союзников готовы были пойти на временные тактические соглашения с Германией даже в ущерб своим истинным политическим и стратегическим интересам.
В СССР подписанты даже не получили полномочий на подписание пакта. Поставив документ на ратификацию Верховного Совета СССР, В. М. Молотов в докладе свел его значение к тезису «пусть воюют без СССР» и к напоминанию, что вопросы Европы, а тем более Восточной Европы, решать без СССР невозможно. Ставя на ратификацию договор с Германией, глава советского правительства подчеркнул, что различия в мировоззрениях и политических системах не могут препятствовать хорошим отношениям Советского Союза и с другими капиталистическими странами. В речи Молотова не было полной уверенности, будет ли соблюдаться советско-германский пакт, и содержалось указание на необходимость сохранения бдительности в защите интересов СССР, а также на то, что СССР проводит и будет проводить свою собственную, самостоятельную политику. 31 августа договор о ненападении был ратифицирован. О секретном протоколе не узнал Верховный Совет, ни даже политбюро ЦК ВКП (б). «Он являлся изначально противоправным документом, представляя собой сговор, выражавший намерения подписавших его физических лиц» – определил его в 1988 г. Съезд народных депутатов. Съезд объявил оба документа юридически несостоятельными и недействительными с момента его подписания/5. «Правда». 24ХП. 1988/.
В комментариях советской печати к договору от 23 августа 1939г. во всем обвинялись премьер-министр Великобритании Н. Чемберлен и министр иностранных дел Польши Ю. Бек, воспрепятствовавшие созданию системы коллективной безопасности в Европе. Но одновременно в газете «Правда» прошло сообщение, что советское правительство «сошло со своего пути, чтобы облегчить неспровоцированное нападение на Польшу» и что «нейтралитет СССР на руку Германии». Маскировалось заявление ссылкой на английскую газету Reynold’s News.
Неприятие польским правительством советских предложений по организации системы коллективной безопасности в Европе сохраняло почти все межвоенное двадцатилетие напряженность в советско-польских отношениях, дошедшую почти до взрыва во время Чехословацкого кризиса и Мюнхенского соглашения (1938г.). Советская пропаганда представляла Польшу государством, с которым или на территории которого в ближайшее время придется воевать.