Читать онлайн
Новые медиа. Социальная теория и методология исследований

1 отзыв
Новые медиа: социальная теория и методология исследований: словарь-справочник

© Коллектив авторов, 2015

© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2015

Предисловие

Заправлены в планшеты космические карты…

В. Войнович, слова песни «14 минут до старта», 1961 г.

Предваряя наш словарь лирическим эпиграфом, мы стремимся подчеркнуть масштаб изменений, которые произошли в нашей жизни с развитием цифровых технологий. Нас отделяет полвека от момента написания песни, и понимание строчки со словами «планшеты» и «космические карты» ассоциируется сегодня совсем не с экипировкой космонавта. Если в 1960-е планшет с картой был частью мужественного образа тех, кто свершал полеты за пределами земного неба, и означал специальную папку-сумку, где могли лежать карты «звездных дорог», напечатанные на бумаге (возможно, на какой-то суперпрочной, но все-таки бумаге), то в 2000-е планшет с космическими картами вошел в повседневность, и относятся эти слова к тонкому компьютеру, в память которого загружены карты Земли, сделанные со спутников. Этими картами наши современники постоянно пользуются в совсем ординарных случаях – будь то путешествие в незнакомом городе, поездка в магазин или осмотр окрестностей при поиске нового жилья. В этой повседневности, опосредованной цифровыми устройствами, где каждый человек становится навигатором медийной реальности, перед нами стоит важная задача – осмыслить новые медиа как область исследований и феномен социальной реальности.

Чтобы понять динамику научной области – например социальной теории новых медиа, – можно также обратиться к логике картирования, то есть разработать карту дискурсивной территории, идентифицировать «собеседников», которые участвуют в обсуждении, и реконструировать обмен идеями и понятиями (а возможно, и споры) между учеными. Хотя каждое возникающее исследовательское поле рождает семантический хаос как необходимый этап исследовательского процесса, со временем границы развивающегося научного направления определяются в своем парадигмальном статусе. Во многом это происходит благодаря систематизации авторских теорий и их понятийного аппарата в монографиях, словарях и учебниках. Именно эту цель и преследуют авторы данного словаря-справочника – дать обобщающую картину опыта социогумантарного знания о новых медиа.

Все средства коммуникации были когда-то «новыми медиа». В первой трети XX столетия развитие радио, в середине – телевидения, а в конце века – интернета инициировали обсуждение не только технологических особенностей этих средств коммуникации, но и социокультурных последствий их распространения. Однако, несмотря на почти столетнюю историю этих дискуссий, по-прежнему непросто говорить о развивающихся теперь уже в XXI веке формах общения. Сегодня все еще сохраняется практика, когда каждый исследователь может принять одну или несколько характеристик, чтобы описать новые медиа. Например, говорят о дигитализации, интерактивности, виртуальности, дисперсии, гипертекстуальности, транскодировании и др. Эта семантическая путаница должна быть прояснена. По нашему мнению, дигитализация, понимаемая как технологическая основа процесса, благодаря которой возможен перевод любого текста в компактную запись, легко передаваемую и связываемую с другими записями такого же формата, – это то, что позволяет создать сети, мультимедиа, коллаборацию и интерактивное общение. Именно такой подход может быть принят за основу для понимания отличий современных новых медиа в сравнении с технологиями коммуникации XX века.

Этот словарь подготовлен в ходе совместного проекта, объединившего интеллектуальные и организационные ресурсы белорусских и российских социологов, занимающихся проблемами социальных коммуникаций. При отборе материала авторы словаря ориентировались на то, чтобы представить общий обзор теорий, авторов и методов, актуальных для сферы новых медиа. Задача дать толкование отдельных понятий, циркулирующих сегодня в междисциплинарной области коммуникативистики, авторами словаря не ставилась. Такой ориентир обусловлен тем, что корпус теорий охватывает некоторое «осажденное» знание, знакомство с которым позволяет понять тенденции становления научного направления. Толкование же постоянно разрастающегося тезауруса в зависимости от технологических инноваций позволяет лишь получить краткую справку о каком-либо явлении. Тем не менее ряд важных понятий в словарь вошел. В результате словарь включает:

• статьи, дающие представления о социальных теориях и подходах, сложившихся с 1960-х гг. по настоящее время в изучении новых медиа;

• статьи-персоналии, посвященные отдельным ученым;

• статьи, рассматривающие методы анализа медиатекста;

• статьи о методах исследования интернета и виртуального пространства;

• статьи по ключевым терминам, относящимся к сфере новых медиа.

Работая с теоретическим материалом, раскрывающим медийную тематику, мы не могли не включить в словарь несколько статей, посвященных теориям не новых, но массовых коммуникаций. Это обусловлено преемственностью в развитии медиаисследований и множеством референций в сегодняшних теориях на опыт «отцов-основателей» начала и середины XX века.

Порядок статей дается согласно русскому алфавиту, но включают эквиваленты на английском и белорусском языках. Английские эквиваленты отражают потребности современной социальной науки в глобальном масштабе и облегчают поиск дальнейшей информации. Белорусские – важны для профессиональной аудитории коллег, работающих на этом языке.

Словарь в первую очередь предназначен для ученых, преподавателей и студентов, занимающихся исследованием новых медиа с позиций социальных и гуманитарных наук, но может быть интересен и практикам, реализующим различные проекты в этой сфере. Авторы надеются, что книга станет востребованным путеводителем в области теоретического анализа цифровой культуры, компьютерно-опосредованной коммуникации и интернета.

В словаре приняты следующие условные сокращения: СМИ – средства массовой информации, СМК – средства массовой коммуникации, НМ – новые медиа, ИКТ – информационно-коммуникационные технологии, КОК – компьютерно-опосредованная коммуникация, КПК – карманные персональные компьютеры, МТ – медиатекст.








Аватар (avatar, аватар) – это графическое представление пользователя в онлайн-пространстве (компьютерной игре, социальной сети и т. п.). Термин происходит из индуистской мифологии, согласно которой он означает мирское воплощение бога. Первое использование термина произошло в онлайн-игре «Среда обитания» (Habitat), созданной в конце 1980-х гг. компанией Lucasfilm Games в сотрудничестве с Quantum Computer Services, Inc. В то время, когда почти во всех онлайновых играх оперировали только текстом, «Среда обитания» задавала тон в применении подвижной мультипликации, представлявшей играющих людей в их взаимодействиях друг с другом в виртуальном пространстве. Создатели «Среды обитания» назвали эти мультипликационные образы аватарами, и термин был с энтузиазмом подхвачен всеми последующими разработчиками графических систем.

Термин хорошо отражает преимущества и ограничения онлайнового взаимодействия. Подобно богам, спустившимся в маленький мир людей, пользовательские аватары могут управлять некоторыми явлениями в виртуальном пространстве способами, которые невозможны в реальных условиях (например сверхвысоко прыгать, сверхбыстро бегать, даже летать и т. п.). Но вместе с тем оболочка аватаров не способна представить нюансы телесного выражения, доступные человеческому телу в ситуации взаимодействия лицом к лицу. Таким образом, опыт действий в виртуальной среде посредством аватара можно рассматривать, согласно индуистской мифологии, как аналогичный действиям богов, подвергающихся ограничениям в их земных телах.

Распространению и легитимации термина помог роман американского писателя-фантаста Нила Стивенсона «Лавина» (1992 г.). Н. Стивенсон, имевший практику компьютерного программирования, изобразил в романе параллельное существование двух миров – реального и виртуального – и также использовал термин аватар, чтобы обозначить существование людей в смоделированном цифровом мире. Книга Н. Стивенсона стала культовым текстом для геймеров и участников чатов.

Со временем выбор аватара превратился в рутинную практику не только для игроков компьютерных игр, но и для пользователей социальных сетей, блогов и форумов. Когда новый пользователь регистрируется на каком-либо ресурсе, предполагающем коммуникацию в сообществе, чаще всего он должен представиться с помощью аватара. В некоторых системах пользователи выбирают аватар из набора уже имеющихся, предложенных разработчиками, образов, в других – могут импортировать свои собственные изображения. Аватары могут быть двумерными и трехмерными и ранжируются по сложности и гибкости жестикуляции, мимики, выполняемых движений, а также по авторскому дизайнерскому стилю и т. д.

Использование аватара как способа визуальной самопрезентации личности в онлайн-пространстве вызвало обсуждение норм опосредованного общения. С одной стороны были те, кто считал (и, вероятно, продолжает считать), что аватары – это только элемент игры, и к ним не применимы правила взаимодействия, существующие по отношению к социальным субъектам. С другой стороны были те, кто полагал, что аватары обладают тем же статусом и вступают в те же отношения, как и их человеческие операторы. Эти дебаты отражают мнение о «сомнительном» статусе онлайн-социальности, часто понимаемой как менее «реальная» по сравнению с отношениями лицом к лицу.

Литература

Damer B. Avatars! Exploring and Building Virtual Worlds on the Internet. Berkeley, Calif.: Peachpit Press, 1998.

Rheingold H. The Virtual Community: Homesteading on the Electronic Frontier. Reading, Mass.: Addison-Wesley, 1993.

Taylor T. L. Living Digitally: Embodiment in Virtual Worlds // The Social Life of Avatars: Human Interaction in Virtual Worlds / R. Schroeder, ed. London: Springer-Verlag, 2001.

О. Сергеева

Акторно-сетевая теория (Actor-network theory, Актар-сеткавая тэорыя) – теория, известная также как социология перевода, первоначально формировалась в исследованиях науки и технологий усилиями таких ученых, как Мишель Каллон, Бруно Латур и Джон Ло. Их целью было объяснение характера научной работы, находящейся под влиянием множества факторов (как писали эти авторы, наука имеет «гибридный» характер). Не акцентируя внимания только на одной стороне научной деятельности – влиянии культуры и общества или, наоборот, природы и технологии, – родоначальники ANT развивали представления о перформативном производстве науки. Перформативноть в данном случае означает, что деятельными участниками научного открытия являются не только ученые, но также включенные в этот процесс нечеловеки – машины, приборы, тексты и объекты исследования. Логику научной работы, по мнению сторонников ANT, невозможно объяснить, если не принимать во внимание, какие различия вносит в исследовательскую практику использование одних, а не других приборов, лабораторных образцов, программ обработки данных. Кроме того, эта теория вскрывает связь науки с политической повесткой дня, со стратегическими союзами и международными альянсами. Социальные исследователи не должны выбирать между изучением природы или технологии, противопоставляя их культуре или обществу, напротив, задача состоит в том, чтобы поместить в центр изучения саму практическую деятельность, чтобы объяснить, как в этом процессе функционирует природное, технологическое, культурное и социальное.

ANT, появившись в 1980-х гг., не осталась в границах анализа только науки и техники, а в течение нескольких последующих десятилетий стала влиятельной методологией, воспринятой в антропологии, культурной географии и в коммуникативистике в том числе. В исследованиях коммуникации ANT более всего представлена разработками Монреальской школы организационной коммуникации (лидер – Джеймс Р. Тейлор). В перспективе ANT организация рассматривается не как уже сложившийся коллектив, но как постоянно воссоздаваемый продукт коммуникативной активности. Эта индуктивная логика аналитических процедур высвечивает организующие возможности коммуникации, при этом исследуются все формы общения и текстовой деятельности, которые в буквальном смысле составляют то, что мы называем организацией (делается ли это менеджерами, простыми работниками, механизмами, компьютерами или архитектурными элементами).

Чтобы объяснить состояние взаимосвязанности (гибридности) мира, в котором мы живем, в русле ANT были разработаны несколько важных понятий.

Во-первых, понятие «представитель» (spokesperson), которое показывает, каким образом тот, кто совершает некоторое действие, выступает в союзе с другими. Представитель, действуя или говоря от имени нескольких других, тем самым создает и поддерживает коллективы или сети. Как только актор признан в качестве представителя некоторого коллектива, мы можем идентифицировать не только говорящего, но и тех других, от имени которых совершается действие. Применительно к организационной коммуникации, можно сказать, что организации существуют посредством действий акторов-представителей. Поэтому непродуктивно с точки зрения ANT

концентрироваться на макро- или микросоциологическом анализе явлений, они явлены всегда связкой «актор – сеть».

Во-вторых, в ANT используется понятие «перевода», что подразумевает принципиальную возможность как для людей, так и для нечеловеков быть медиумами и постоянно получать и распространять идеи. Например, в организации административный запрет на опоздания может быть переведен с языка инструкций в механические (или электромеханические) действия специальных устройств, установленных на входе и фиксирующих время появления на работе всех сотрудников.

Что делает данную теорию особенно интересной для исследователей коммуникации, это то, что любой акт коммуникации может пониматься как деятельность перевода – процесса, когда идеи и утверждения не просто перетекают из точки «А» в точку «Б», но видоизменяются, блокируются, присваиваются или перенаправляются медиумами человеческой и нечеловеческой природы.

Литература

Вахштайн В.С. Возвращение материального. «Пространства», «сети», «потоки» в акторно-сетевой теории // Социологическое обозрение. 2005. Т. 4. № 1. С. 94–115.

Латур Б. Пересборка социального: введение в акторно-сетевую теорию. М.: Изд. дом Высшей школы экономики, 2014.

Cooren F. The organizational world as a plenum of agencies // Communication as organizing: Empirical and theoretical explorations in the dynamic of text and conversation / Ed. by F. Cooren, J. R. Taylor, E. J. Van Every. Mahwah, NJ: Lawrence Erlbaum, 2006. – Р. 81–100.