Наступали первые сумерки, когда двери “Фатума”, фешенебельного ювелирного магазина, сомкнулись за спиной нашей героини. Вся в каких-то мечтаниях, Моника замешкалась на крыльце, но внезапный порыв весеннего ветра вернул ее в этот мир.
– Ах! – женщина чуть ни споткнулась.
Она вовремя ухватилась за перила, перевела дух и, отбивая каблучками нервное стаккато, спустилась по ступенькам на тротуар. Раздался звон мелочи, мимо проплыла пара прохожих. Провожая их взглядом, Моника заметила, что на углу дома просит милостыню какая-то карга и решила ее рассмотреть. То была грязная старуха в ватнике и темном головном платке, с испещренным морщинами лицом.
“Интересно, как она такой стала?” – подумала Моника.
Она вздрогнула. С трепетом соединилась нега – наследие недавних мечтаний.
– Когда-то и она была молодой и красивой, – растерянный вздох раздвинул лацканы молочного пиджака.
Несколько секунд женщина простояла, уставившись на нищенку, пока старуха сама не повернулась к ней. Стали видны ядовито-желтые зрачки. В отверстии посредине физиономии показались два гнилых зуба. Моника испуганно заморгала. Ужимки не помогли: глаза чудовища впились в носок ее белой туфли и медленно поползли выше: икра, колено… Когда взгляд коснулся бедер, женщине почудилось, будто у нее по коже ползет скорпион. Насекомое готовилось проникнуть под юбку.
– Господи! – прошептала Моника.
Старуха дошла до талии и начала медленно поднимать голову – теперь она пялилась на ее грудь. Моника напряженно вздохнула, понимая, что еще миг, и нищенка заглянет ей прямо в зрачки.
– Мадам, вам плохо?