Солнце покатилось на запад, но стало еще жарче, а оттого и душнее из-за прошедшего накануне ночью летнего, сильного дождя. Камни старой южной крепости Кельберек на левом берегу Дона намокли и сейчас парили. Князь Савельев прошел от разрушенного дома по извилистым улочкам крепости к части уцелевшей стены, у земляного вала которого нес свои воды Дон. Из-за валуна к нему поднялся Уваров:
– Приветствую, князь!
– И я приветствую тебя, Истома! Что на Дону?
– Спокойно. Ни лодок, ни ладей, ни стругов. Волн нет, так, рябит вода местами да рыба крупная плещется, ловить ее тут некому.
– А когда-то ловили.
– Это так.
– Ты ведаешь, кто тебя сменит на трапезу утреннюю?
– Да пришлет кого-нибудь твой помощник Гордей Бессонов.
– Ну, лады, а что выше по течению, с северной стороны?
– Там тоже тихо. В дубовой рощице, что в полуверсте от крепости, птицы порхают спокойно, никто их не тревожит.