Конец света не задался.
Незатейливо проскочил год 1998 с печатью затмения и тремя числами зверя. За ним буднично проскользнул 1999, грозящий перевёрнутым обликом того же числа.
Нервно перешагнув миллениум, человечество распрощалось с детскими страхами. Пророчества майя и мрак монахов Шамбалы теперь не слишком бередили умы.
Год 2032 мало чем выделялся в размеренной цепочке лет. Однако, крылся в нем один малоизвестный юбилей – двадцать шесть тысяч лет победы человечества над давним врагом.
Тогда, двадцать шесть тысяч лет назад…
…карательный отряд не знал, что убогое пристанище, зажатое меж краем скалы, чередой болотных топей и непролазных лесов, было последней деревенькой диких людей.
Истекающий кровью защитник гонимого племени, скрежеща истёртыми зубами и оглашая звуки, напоминавшие воронье карканье, тяжко и долго объяснялся с толмачом, хоть как-то разбиравшим дикарский лепет. Вопрос о других поселениях дикарь оставил без ответа. Вместо этого, он, вскидывая безобразные звериные брови, и оголяя налитые кровью глаза, тыкал уцелевшей рукой в ночное небо, указывая на зависшую на севере звезду.
– Нас погубила звезда смерти. Она забрала наши силы. Насытившись, она надолго исчезнет. Но когда вернётся в другой раз, то отнимет ваши силы и выпьет вашу кровь. Вы сгинете в её брюхе. Так сказал ведун, что был убит этой ночью. Мы не держим на вас зла. Всему виной звезда смерти. Вас она сожрёт позднее.
Толмач, долго слушавший неандертальца, быстро перевёл сказанное. Дикари и есть дикари. То, что на языке нормальных людей можно высказать десятком слов, размашистым неандертальским чирканьем изливалось полчаса. Толмач едва закончил, как в зависшей тишине раздался омерзительный хруст. Каменный топор вождя разнёс дикарский череп. Тот качнулся, не издав ни звука. Когда грохнувшая оземь туша выплеснула жижу кровавой плоти, ночной лес взорвался победным рёвом.
В эту ночь завершилась битва тысячелетий.