«Существуют две вещи, которые могут ввести слугу в заблуждение: это богатство и слава. Если же слуга постоянно испытывает нужду, он будет безупречен.»
Ямамото Цунэтомо
Я устало вдохнула спёртый воздух и покрутила головой, пытаясь размять мышцы. Влажная от пота блузка липла к телу, вынуждая без конца её одергивать. Повесив последнюю рубашку, пахнущую свежестью и утюгом, на вешалку, я с облегчением выключила прибор и вышла из душной подсобки.
Поднявшись на первый этаж огромного особняка, я прошмыгнула на кухню. Надеялась перекусить незаметно для управляющей — так и деньги на еде сэкономлю, да и навалившаяся усталость не располагала к готовке дома. В воздухе плыл аромат специй: там хозяйничала Мария Степановна, нарезавшая лук быстрыми, уверенными движениями. На столешнице красовались вымытые овощи, ожидающие своей очереди. Я быстро соорудила себе сэндвич (благо повариха никогда меня за это не упрекала) и расслабленно прислонилась к стене.
— Управилась уже? — спросила Мария Степановна, выкладывая измельчённый лук на раскалённую сковородку и помешивая его деревянной лопаткой.
— Угу, — с набитым ртом промычала я, стараясь перекрыть голосом шкворчание и потрескивание кипящего масла. — Сейчас перекушу и домой.
Она кивнула и, слегка скривившись, провела рукой по пояснице.
«Опять спину прихватило».
— Давайте помешаю, — ненавязчиво предложила я, подходя к ней. — Всё равно стою.
Женщина благодарно улыбнулась и, вручив мне лопатку, устало опустилась на стул. Она принялась строгать сочный перец, и мы обе сделали вид, что ничего не произошло. Весь персонал знал негласное правило: «Никогда не проявляй слабость», если не хочешь потерять работу. Чувствуешь недомогание или проблемы со здоровьем — никогда не признавайся, а тем более не жалуйся. Тебя могут услышать и донести, что неминуемо приведет к увольнению. Такова жестокая реальность: если ты не в состоянии выполнять свои обязанности, тебе здесь не место. В лучшем случае переведут на более легкий труд, но и оплата там будет соответствующей.