Тяжёлая капля наливалась, набиралась сил, чтобы сорваться вниз, проскользить по капельнице в тонкую, еле заметную вену. Как же медленно движутся эти капли! Я потерла ледяные пальцы и снова до боли сцепила руки в замок.
Услыши мя, Господи, услыши мя, Владыко…
– Вам, Елена Романовна, я так понимаю, дети не нужны? – грубо спросила пожилая врач, прерывая мою почти неосознанную молитву. – Несколько дней высокая температура, сыпь, а вы ни за медицинской помощью не обращались, ни лекарств не давали, так?
Я отвела взгляд от капельницы и посмотрела на хмурую полную женщину в белой униформе. Ругается, а глаза усталые. Сколько она видела таких случаев, когда дети действительно оказывались не нужны?
– Я была в отъезде и не знала, что они больны, – мой голос прозвучал бесцветно. – Вернулась домой три часа назад, увидела детей в таком состоянии, и мы тут же поехали в больницу.
– Послушайте, мамаша, вы их одних на несколько дней оставляли, что ли? – раздражённо спросила врач.
– Нет, они были с отцом.
– И как ваш муж это объяснил? – врач неразборчиво делала какие-то пометки в документах.
– Не знаю, я его ещё не видела. Когда зашла в квартиру, дети были одни, – я сглотнула. – Оба без сознания. Я позвала соседку, она врач. Педиатр. Мы на её машине сразу же поехали в больницу…