Удалять из сознания дополнения действительности было самым неприятным. Без них жизнь лишалась будущего – исчезали беспричинные радость, надежды, удовлетворенность отсутствием даже самых ничтожных достижений.
Тили сняла с головы настройщик сознания. Чувство опустошенности наливалось тяжестью, тупая боль напряжения перетекала через виски к затылку. Она не знала, удастся ли ей продержаться без дополнений действительности достаточно долго, чтобы не повредиться умом от безобразности истинного существования.
Проживание в квартире заброшенного дома подавляло Тили. Она отказывалась принимать, что принадлежит именно этому, настоящему миру, лишенному дополнений действительности. Ее окружал полумрак тусклого освещения. Лишь несколько предметов обстановки нарушало пустоту квартиры.
Барсол… Тили сглотнула горький ком. Она не представляла, как возвратить его, такого близкого и такого недоступного: он утратил все человеческие качества. Ей не доставало свойственных ему шуток, ласок, отражений неона и отблесков голограмм из дополнений действительности в его глазах.
Барсол… Тили оторвалась от матраса. Несколько шагов по голому полу, и она опустилась в ванну с теплой водой. После удаления из сознания дополнений действительности ей требовалось расслабиться, чтобы принять свое истинное существование. Мысли о Барсоле не оставляли ее.
Тили и Барсол родились на Ифочи. Покинуть Ифочи для них, как и для многих, было несбыточной мечтой. Миры людей манили возможностями, но теперь Тили хотела одного: возвратить Барсолу человеческие качества.
Сознание освобождалось от ложной красочности дополнений действительности. Подступающие слезы защипали глаза. Тили не могла позволить себе расплакаться. Она закурила сигарету с эйфоритом. Изо рта вырвался разноцветный дым, за ним начали двигаться трещины на потолке. Создался узор, он напоминал лицо Барсола. Барсол подмигнул ей.
По квартире прокатилась волна искажений, обнажился туманный полумрак другого измерения. Тили тряхнула головой, по лицу рассыпались короткие волосы. К ней протянулось холодное мерцание опутанных паутиной деревьев. Чудовищный лес дышал враждебностью жутких созданий, имеющих внешнее сходство с насекомыми.
Тили сжалась. Между пальцами дрожала сигарета с эйфоритом. Истинное существование не имело достоинств, и только дополнения действительности могли скрыть недостатки настоящего мира. Она затянулась.