Начало лета. Начало новой жизни. Школа позади, впереди – институт. В груди смешались страх и предвкушение: сердце колотилось так, будто рвалось наружу. Меня зовут Ханна. Пока что я просто обычная выпускница, живущая с родителями, но планирую съехать от них, когда закончу институт. Иногда их забота кажется удушающей, а их планы на мое будущее – чужими. У меня большие планы на будущее, и они точно не включают жизнь под их крылом вечно. В семье я единственный ребёнок, меня не баловали как все обычно считают – скорее, воспитывали в строгости, ожидая определенных достижений, и мне так нравится… или я просто привыкла?
А еще у меня есть Егор. Мы вместе два года. Его семья – из тех, про кого говорят "очень состоятельные". Почему же он тогда учился в нашей обычной школе? Все просто: его наказали, отправив "в народ". Там-то мы и встретились. Он утверждал, что это любовь с первого взгляда. Для Егора не существовало слова "нельзя" – новый айфон, крутая тачка, дорогущие подарки. Он с легкостью одаривал, но мне было неловко принимать эту роскошь. Чаще я отказывалась, чувствуя себя не в своей тарелке.
В итоге подали документы в один институт, но на разные факультеты. Я пролетела на экзаменах по краешку, выложившись по полной. А вот Егор… Сомневаюсь, что он сам сдал. Наверняка, как обычно, решил вопрос "благодарностью" проверяющим. Обрадовавшись, он загорелся идеей устроить прощальную с летом тусовку для всех первокурсников. Место? Его дом.
Дом… Он и правда шикарен. Гибрид французского шарма и американского размаха с огромными панорамными окнами. Из них открывался вид на небольшой, но удивительный сад – мое самое любимое место. Там царила тишина, располагающая к мечтам и размышлениям. И, конечно, там был бассейн – огромный и глубокий, как омут.
Вечеринку Егор решил закатить именно у бассейна. Спорить было бесполезно: он – гуру тусовок, знающий все тонкости. Дата: двадцать девятое августа, шесть вечера. Гарантированно до утра. Родители Егора благоразумно укатили во Францию еще двадцать седьмого. Остались мы одни. И почему-то меня не покидало ощущение, что от дома мало что останется после такого…
Лето промчалось. Август подходил к концу. Родители Егора уже в Париже. Завтра – двадцать девятое.
Поздний вечер. Телефонный звонок.
– Ну что, готова затусить завтра? – голос Егора звучал бодро.
– Конечно, солнышко! Жду не дождусь, – ответила я, стараясь вложить в слова всю нежность.
– Отлично! Тогда давай спать, завтра хлопот полно, – его тон был ласковым, почти шепотом.