В деревне Шушуновке жили – были дедушка Игнат и бабушка Меланья. И, конечно же, жил в их избе домовой, и даже не один, а со своим внуком. Старого звали Спиридон, а внучка Филей. Спиридон сам был росточком невелик, а Филя и того меньше, мог запросто в рукавичке поместиться. Но людям они не показывались. Не положено. Старики хоть их и не видели, но в то, что они есть, вирили и сухарики для них на печи не переводились.
Домовёнок был ужасным непоседой, впрочем, как и все малыши на свете. С мышами дружбу завёл. Только хозяева за порог, а они тут же давай в чехарду играть. Хозяйский кот Васька совсем постарел, ни слуха, ни нюха, знай себе спит, а они и рады. Смех, писк на всю избу. Ну и шалят тоже. То кружку со стола уронят, то клубок пряжи запутают, а то ещё и в пустой кувшин свалятся. Приходится Спиридону его оттуда вызволять.
– Экий ты непоседа, – ворчит Спиридон,– и в кого ты такой уродился? Сидел бы себе на печи, сухариками похрустывал, а ты всё скачешь. Домовой в дому для чего? Для порядка, на то он и Домовой. А ты? Видано ли дело, с мышами водиться?
– На печи скуууучно… – отвечает Филя.
– Скучно ему. А ты делом займись.
– Каким делом?
– А вот пока дед печь не растопил, проверь, не много ли сажи в трубе. Хороша ли тяга.
– Трубу мы с тобой вчера проверяли. Чего в неё зря заглядывать?
– Не скажи… От трубы ой как много чего зависит.
– Чего зависит?
– Можно сказать, жизнь.
– Да ну! – удивился домовёнок.