– Это что, ловушка?! Почему, мать твою, эта адская машина стоит под дверью?! Есть разумное объяснение, или это небольшой экспромт с целью меня угробить?
«Адская машина» – сервировочный столик – получила хорошего пинка, но не разлетелась, как задумывалось, на части, а всего лишь докатилась до стены и обиженно звякнула чашками.
Даша осталась недовольна картиной бесчеловечной мести столику, схватила пачку салфеток и швырнула во врага. Поверженный стакан шмякнулся об пол и развалился на несколько частей.
– Ты могла бы не колотить ложкой о чашку с таким остервенением? – продолжала Даша. – Голова же раскалывается!
Скорчив гримасу, открыла холодильник, достала мокрое заледеневшее полотенце и приложила ко лбу.
Оксана привыкла. Вся эта истерика ровно ничего не значила. Но Дашин вид: роскошное японское кимоно, черное, расшитое розовыми цветами, тапочки на каблуках, кольцо с огромным цитрином на пальце (зачем оно ей? Она ведь только проснулась), всклокоченные волосы и эта мокрая тряпка на голове – отчего-то раздражал. Отчего? Ответ был. Не самый простой и даже несколько унизительный.
Развалившись на диване – белом, в красную полоску – Даша произнесла устало:
– Чаю мне сделаешь? Не в службу, а в дружбу.
Припадок бешенства прошел, сил у нее, видимо, не осталось.
– Доброе утро, – сказала Оксана и поставила чайник.