Лимузин шёл плавно, затемнённые окна ограждали от броского сияния ночной столицы. Мягкий свет ласкал изящные изгибы девичьей фигурки, рассыпался блёстками от страз её дизайнерского платья, струился по блестящим чулкам и таинственно бликовал на чёрной коже «лабутенов».
В салоне играла негромкая музыка. Соната номер два…
Прокофьев посвятил её другу, который оборвал свою жизнь.
Подведённые алой помадой пухлые губы девушки изогнулись в короткой усмешке.
Два года назад она едва не совершила такую же глупость. Чуть не сдалась, расплющенная катком власть имущих. Сломленная и отчаявшаяся. Кукла, которой наигрались и выбросили на помойку жизни…
Алина качнула головой и приподняла уголки губ. Всё это в прошлом. Сейчас она совершенно другая. Возрождённая из пепла, будто сказочный Феникс, приближалась к желанной цели.
Лимузин замедлился, а затем остановился около старинного особняка. Совсем недалеко, всего в паре остановок на автобусе, находился универ. В той, прошлой жизни, Алина ещё пользовалась общественным транспортом. Сейчас же она спокойно ждала, пока откроется дверца и водитель в аккуратной униформе подаст ей затянутую в перчатку руку.
– Позвольте помочь.
Алина вложила в мужскую ладонь тонкие пальцы, украшенные лишь парой элегантных колец, и изящно покинула салон лимузина.
– Вам туда, – едва не поклонился водитель, указывая на ярко освещённые двери, к которым вели несколько белоснежных ступенек.