© Каменистый Артём (Мир S-T-I-K-S, его устройство и терминология)
© Алефиренко Александр
© ИДДК
Внутри белоснежного особняка, расположенного среди корабельных сосен на берегу живописного озера, прозвучали приглушённые автоматные очереди. Внезапно широкое окно на втором этаже звонко лопнуло и вместе с осколками стекла из него вылетело грузное тело. Нелепо размахивая руками, оно упало на цветочную клумбу. Подёргавшись в конвульсиях, замерло. Парадная дверь с шумом распахнулась, и из клубов дыма, вырвавшегося наружу, появилась фигура парня в камуфляже. Под закатанными рукавами куртки бугрились тугие бицепсы, а мышцы груди, казалось, сейчас разорвут ткань. Мужественное красивое лицо с двухдневной щетиной. На лбу небольшой порез с засохшей капелькой крови. В углу рта окурок толстой сигары. Незнакомец прижимал к себе левой рукой ослабевшую хрупкую блондинку, а в правой сжимал рукоять автомата Калашникова, положив его себе на плечо. Замерев на месте, он небрежно выплюнул окурок и произнёс:
– Как я и обещал, заложница свободна, бандиты мертвы, а их главарь… – он оглянулся и, посмотрев на труп, усыпанный стеклянными осколками, презрительно ухмыльнулся, – выкуп больше не просит…
Герой замолчал, а после развернул к себе освобождённую пленницу и страстно припал к её полураскрытым губам…
– Стоп! Снято! Всем спасибо.
– Эдуард, ты, как всегда, бесподобен! – Группка миловидных девушек подбежала к актёру, размахивая глянцевыми портретами своего кумира. Снисходительно, с некоторой ленцой, словно делая одолжение, он размашисто, одну за другой, подписал маркером все протянутые фотографии. Режиссёр картины Альберт Вениаминович Сарацинский поднёс ко рту микрофон. Визгливый голос пожилого мужчины эхом разнёсся между сосен:
– Охрана! Что за бардак на площадке?! Немедленно уберите посторонних!
Вся съёмочная группа знала, что Венин сын, как все называли его за глаза, стремится всячески опекать актёра. И терпеть не может истеричных поклонниц Эдуарда Майского. Охранники оттеснили девушек.
– Альберт Вениаминович, ну зачем вы так? У нас же перерыв.
– Эдуард, вы же знаете, как я к вам отношусь. – При этих словах некоторые из находившихся на площадке непроизвольно прыснули. Режиссёр покосился на них и продолжил: – Вам следует отдохнуть, пока декораторы подготовят площадку. Если вы не забыли, то на сегодня запланировано отснять ещё два эпизода.
Альберт Вениаминович вдруг капризно поморщился и, вытащив из нагрудного карманчика кожаной жилетки надушённый платок, поднёс к носу.