Мал открыл глаза и увидел лицо склонившейся над ним Маргариты. Он улыбнулся. В ответ она провела рукой по его волосам, притронулась к прочерченному по прямой линии носу и щетине на обожжённых солнцем щеках. Мал откинул укрывающий его шерстяной плащ и обнаружил на груди и на животе чешуйки, отливающие серебряным блеском. Кожа была мягкая и гладкая, как самая тонкая ткань. Маргарита прильнула к нему и прикоснулась к чешуйкам губами. Мал почувствовал прилив нежности.
Его пробуждения дожидались ещё четверо: телохранители Верн и Дан, оба с невозмутимыми выражениями лица, моряк Ву, не скрывавший удивления тому, что Мал цел и невредим, и раздосадованный капитан Оцеано. Прежде он уверял, что Змеиный остров получил название не за то, что на нём обитали змеи, а потому что сам извивался, как змея. Оцеано останавливал здесь корабль с одной целью – отдохнуть, и не ждал нападения. Всё, что произошло этой ночью, стало для него неожиданностью.
Перед отплытием мехи с водой и мешок с фруктами уложили на дно лодки. Дан подстрелил пару павлинов, чтобы по пути разделать их и завялить. Позавтракали тем, что предусмотрительно взял с собой капитан: сушёным мясом и сухарями, которые заели бананами и запили вином. Верн и Дан расположились вдоль бортов за веслами и принялись ощипывать птичьи тушки. Капитан сел рядом с рулевым веслом на корме. Мал и Маргарита переместились к носу. Ву остался возле мачты. Парус наполнил ветер, и лодка стремительно понеслась по воде.
В двадцать один год Мал успел побывать во главе голландского войска после того, как его отец – король Гербранд – объединил приморские земли и покорил приграничные германские княжества. Бесстрашие голландцев заставило проникнуться к нему почтением итальянских государей. Их города были поделены между Францией и Испанией. Дав клятвы верности Гербранду, они заполучили его в союзники. Мал изгнал французов из Фриуля, Вероны, Ломбардии и Тосканы. Мощь натиска заставила испанцев сдавать один город за другим. После захвата Феррары, Болоньи, Равенны, Сан-Марино, Анконы и Сполето голландцы пошли на Рим. Итальянцы вступили в сговор с испанцами и заманили голландцев в ловушку.
Гербранд заключил союз с верными клятвам государями Тосканы. Измена остальных дала ему право расширить границы за счёт их владений. Король Франции Пипин потребовал поделиться захваченными землями. Гербранд уступил половину взятых им городов. Пипин предложил закрепить союз браком между Малом и его старшей дочерью Екатериной. Принц, не задумываясь, дал согласие.
Красота прибывшей в Амстердам принцессы оставила Мала равнодушным. Куда больше его расположила к себе её младшая сестра Маргарита. Во время танцев в честь прибытия французов он занял место рядом с ней. Зазвучала музыка, и пары медленно двинулись по кругу. В движениях Маргариты не было ни кокетства, ни страха: она была уверена в себе, свободна и счастлива.
Мал коснулся её руки, и это прикосновение продлилось чуть дольше, чем позволял придворный этикет. Неожиданно Маргарита не отвела руку и не опустила глаз, а лишь слегка наклонила голову, приняв жест принца как должное.
Танец продолжался, и Мал поймал себя на том, что ему хочется, чтобы он длился как можно дольше. Принц смотрел только на Маргариту – как она движется, как колышутся складки её платья, как скользит свет по её волосам; ловил её взгляд – спокойный и внимательный. Когда музыка смолкла, Маргарита остановилась не сразу: она сделала ещё один шаг и подняла на Мала глаза. Он несколько запоздало и неловко поклонился. Маргарита ответила ему лёгким поклоном, не отводя взгляда. Только теперь Мал заметил, что она смотрит на него с удивлением. Он не нашёлся, что ей сказать.
На следующий день Мал объявил отцу о своём желании жениться на Маргарите. Гербранд был непреклонен: он не мог изменить договор с королём Франции. Мал решил на время исчезнуть из страны. С поисками корабля ему помог младший брат Александр. Он щедро заплатил капитану двухмачтового нефа «Святой Фома», чтобы тот взял Мала и его людей, не спрашивая ни о чём. Корабль стоял в гавани, готовый к отплытию.