Здравствуй, моя милая, Армонда!
Прошло немного времени, и я опять взялась за старое – начала писать свои мемуары. Начать-то начала, но вот будет ли окончание, а если будет, то, как скоро, не знаю. Сейчас тебе десять лет.
А началось все…
Едва улеглись страсти, связанные со свадьбами колдунов и колдуний на «Белом Сердце Вселенной», и корабль этот отправился обратно на Ийокопену, как случилось происшествие, внезапно прервавшее размеренное течение жизни в нашей резиденции. Одним прекрасным утром Нацтер отправился на речку. В последнее время он стал заядлым рыболовом. А рыба, будто нарочно приплывала поплавать к его удочке. Парень только и успевал вытаскивать ее одну за другой. Но в тот день клев не удался. Нацтер вернулся слишком быстро и был взволнован до крайности.
– Лануф! Айрен! – воскликнул он, ворвавшись без предупреждения в нашу спальню. Он застиг нас в тот момент, когда мы играли с Армондой и Вороной в догонялки. Девчонке удалось нас разбудить, и потому мы в отместку пытались поймать вертлявую шалунью, и, завернув в одеяло, унести в обеденный зал. Между делом мы кидались друг в друга подушками и хохотали как безумные. Вообще-то, в этом не было ничего необычного. Примерно так начиналось каждое утро в семействе Эшнер.
Восклицание Нацтера прервало наш увеселительный процесс.
Установилась необычная тишина с недоуменным переглядыванием между собой участников забега вокруг кровати. Ворона не удержала в лапах подушку, выронила ее и тут же шлепнулась на нее сверху.
– Что стряслось? – поинтересовался Айрен.
Нацтер перевел дыхание и уже спокойным голосом произнес: