– Ани! – Я дернулась, будто под ребра вогнали раскаленный клинок, и развернулась.
– Милая, подожди меня! – Кир, скалясь своей самой обольстительной улыбкой, сумел нагнать меня у выхода из корпуса, где проводилась репетиция весеннего бала. Два быстрых шага, и вот он уже приобнял меня за талию.
– Кир, ты освободился? – Я скромно улыбнулась, а щеки опалило румянцем. – Ты же собирался остаться подольше?
– Ани, я хочу поскорее добраться до наших апартаментов… – Он склонился ниже и, опаляя мое ухо горячим дыханием, продолжил: – И наконец закончить то, что мы начали еще утром!
– Кир! – раздалось за нашими спинами, и он, выпрямившись, развернулся вполоборота.
Светловолосая девушка, как, впрочем, и все светлые первой империи, подплыла к нам и, словно не замечая меня, протянула руку парню.
– Ой, Ания, и ты тут. – Она недовольно сморщила носик. – Ты слишком рано уходишь, Кир Берхольд, веселье только начинается! Советую тебе остаться подольше, и когда преподаватели покинут зал, мы сможем повеселиться на славу!
– Мы с моей любимой Ани, – парень выдвинул меня вперед, делая акцент на слове «любимая», – решили закончить этот вечер более интересным занятием, нежели надоевшие всем танцы. Да, милая?
Я, не смея поднять глаза ни на Кира, ни на эту светлую, что так и не потеряла надежды заполучить его, еле слышно прошептала:
– Да, Кир.